События в дереве

У меня тут несколько примечательных вещей в родовом дереве случилось.

Во-первых, дерево перевалило за 2000 человек — на настоящий момент это 2024 персоны, причём предпосылки к дальнейшему заполнению отнюдь не туманные. Судя по всему, скоро на сайте, где я веду дерево, придётся покупать следующий тарифный план, у текущего есть ограничение — не более 2500 человек.

Во-вторых, ещё в одной ветке я дотянулся до человека, имя которого дало фамилию роду — Меркул, мой прапрапрапрапрапрапрадед. Его прапраправнучка Анастасия Евдокимовна 12 февраля 1891 года вышла замуж за Николая Фёдоровича Старостина — моего прапрадеда. О его существовании я узнал из отчества его сына, о котором мне ещё в детстве рассказала бабушка — Клавдия Фёдоровна.

Через восемь лет после брака у Николая и Анастасии ещё не было собственного дома, занимались земледелием, арендуя землю под коноплю, овёс, рожь. В собственности было несколько лошадей, свиней, овец и корова с телёнком.

Впрочем, речь не про них, вот он, Меркул, в те времена, конечно, совсем не Меркулов, эта фамилия появилась намного позже:

И в-третьих. Я уже упоминал неоднократно, что мои предки, в основном, получили фамилии примерно в 1888 — как раз в это время вышел соответствующий указ сената, предписывающий всем взять себе фамилии.

Большинство моих предков были крестьяне и фамилий у них до той поры не было, прочие же сословия имели фамилии и раньше. У меня в дереве эти прочие сословия тоже встречаются — в основном, однодворцы. Я не помню, чтобы их вообще хоть как-то упоминали на уроках истории в школе, так что для меня было сюрпризом, что когда-то были какие-то там однодворцы.

Однодворцы — любопытный социальный класс, стоявший посередине между помещиками и крестьянами. Это, так сказать, бывшие «пограничники», получившие свой статус за службу. Долгое время, по всей видимости, жили герметично, так как считались отдельной этнической группой, а после упразднения сословия влились в число русских.

Куда ни кинь по дереву, мои предки, в основном, родом из-под Курска. В Оренбуржскую губернию (позже эта часть принадлежала Самаре, теперь это территория Татарстана) попали в результате расселения. Например, если брать мужскую линию Степанищевых — мы приехали в 1828 году из села Средние Апочки Старооскольского уезда Опочинской волости.

Чуть выше я упоминал, что сословие упразднили, видимо, это стало причиной того, что долгое время Степанищевы попадались мне как крестьяне, пока я не наткнулся на ревизскую сказку (перепись населения) 1834 года в самарском архиве, где мои Степанищевы упоминаются с фамилией, да ещё и числятся однодворцами.

Знакомьтесь, Михайла Сергеевич Степанищев, родился в 1770 году, однодворец, мой прапрапрапрадед, чуть ниже на снимке перечислены его потомки:

А вот, собственно, шапка таблицы, в которой числится Михайла Сергеевич:

Разобрать непросто, написано следующее: «269 об ревизская скаска. 1834. года Апреля 21. дня Оренбургской губернии Бугульминского уезда. деревни Андреевки». Ниже: «Мужской пол. Однодворцы».

На обложке «скаски» тоже написано, что это список однодворцев, так что сомнений нет.

В курский архив я пока не обращался — ещё надо проработать то, что ближе. Например, интересные документы есть в архиве Толятти и в Башкортостане. Как бумаги попали в Тольятти я не знаю, а с Башкирией просто — до Оренбуржской эта местность числилась за Уфой, столицей Башкортостана.